Погода
преподнесла подарок: снег с середины октября.
В уютном кафе всё напоминало о предстоящем
Рождестве и наступающем Новом годе.
Двери супермаркета сами распахнулись перед
девочками, и они, шумно потопав ногами двадцатого и сорокового размеров и
стряхивая снег со снятых шапок, направились к эскалатору.
- А папа нас
найдёт?
- Непременно,
Злата! Мы же ещё в машине договорились: девочки в кафе, а мальчики паркуют
машину.
- Значит,
Винни-Пуха нужно было оставить с папой. Он же мальчик.
- Он! Конечно,
он мальчик, но, по-моему, он абсолютно не умеет парковать машины. Ему по душе
горшочек с медом, а мы с тобой как раз направляемся в кафе.
- Тогда я держу
его крепче. Вдруг у него там зверский аппетит проснется.
- Ну, чем же мы
займёмся, Мара? – спросила малышка, болтая ногами под столом.
Мара придвинула свою большую сумку и стала
медленно её открывать, внимательно поглядывая из-под больших ресниц на Злату
- Винни-Пух не
последний сюрприз?
- Нет! –
ответила Мара. Она разложила перед девочкой листы с волшебными кругами и
коробку цветных карандашей. В глазах Златы девушка увидела полный восторг.
- О!
Двусторонние карандаши! Я могу раскрасить любой кружочек или …
- … и даже все.
Карандаши теперь твои.
- А ты тоже
будешь раскрашивать вместе со мной?
- Если ты
позволишь.
- Конечно.
Минуты три девочки сидели молча. Злата
перебирала карандаши, искала самые яркие и праздничные цвета. Мара, поглядывая
на малышку, выводила контуры и, не спеша, заполняла части круга, словно
проживая вновь какую-то свою историю.
Первая заговорила Злата.
- Мара, а почему
мы девочки? Ты же такая большая, как моя мама.
- Для своих мам
и пап, где бы они не были, мы всегда девочки, о которых нужно заботиться.
- О тебе
заботятся, Мара, а ты такая грустная. Почему?
Девушка медленно подняла глаза от своего рисунка
и на мгновение задумалась.
- Хорошо, Злата!
Будем говорить с тобой, как две подруги даже
не смотря на то, что тебе пять лет, а мне тридцать пять.
- Интересно! А у
нас получится?
- Конечно, мы же
девочки-подружки.
- И мы будем
дружить, когда я уеду с мамой?
- Думаю, что да.
Видишь, ты уезжаешь, потому что и твоя мама, как и моя мама, считают, что детям
лучше с мамами.
- А мне хорошо и
с бабушкой, и с папой, и с тобой – ты же моя подруга. Да?
- Конечно,
Злата! Но мама не может не заботиться. Она защищала нас, когда мы жили в ней,
когда делали первые шаги.
- Твоя мама,
Мара, думает, что тебя нужно и сейчас защищать?
- Думаю, что да.
- А почему?
- Потому что и
больших девочек может кто-то обидеть. Они могут споткнуться и не удержаться.
- Да, трудная
работа у мамы. А нельзя быть просто рядом?
- Наверное,
можно. Я пока не знаю. У меня же нет малыша.
- Думаю,
подруга, у тебя получится. Ты же придумала, что делать с игрушками, которых у
тебя так много. Я теперь тоже, когда выросту… Нет. Когда у папы будет ещё один малыш или
малышка, я свои игрушки отдам ему или ей.
- А почему ты
решила, что у папы будет малыш?
- Мара! –
девочка посмотрела на свою подругу, ища в её глазах понимание и поддержку.- Его
же нельзя оставлять одного. О нём нужно чтобы кто-то заботился. Вот о твоем
папе заботится твоя мама, а он заботится о ней. Поэтому зря твоя мама защищает тебя.
Ты молодая и сильная, и должна заботиться, о таком же молодом и сильном, как
ты. Она увидит, как ты это хорошо делаешь,
и передумает тебя дальше защищать.
Мара
улыбнулась. Её пятилетняя подруга обладает
потрясающей способностью убеждать взрослых девочек.
- Я думаю: вот
бы папу в такие хорошие руки передать. Я буду ему звонить и спрашивать, как ты
о нём заботишься, а тебе, чтобы спросить, как он о тебе заботится.
Злата замолчала, опустила голову, чтобы
продолжить рисовать. Под волшебными карандашами в сказочном зимнем узоре
расцветали не только круги, но и белый лист вокруг: скакали зайцы, порхали
снегири, клевали ранетки и рябину свиристели, пробегали лыжники, скользили
фигуристы и кружились снежинки.
- Ну, вот вы
где, девочки-красавицы? – послышалось за спиной.
- А у нас для
тебя картины, - дружно повернулись Злата и Мара.
- Тогда это вам.
Злата аккуратно достала содержимое из пакета.
- Ух ты. Я теперь
точно буду снежинкой на ёлке. Ты самый лучший папа на свете! А у тебя, Мара,
что?
- У меня –
медвежонок с ключами. Я теперь буду искать двери, к которым они подходят.
- Я знаю, от
каких дверей они, - прижимаясь и шепча на ухо, произнесла Злата. – Этот большой
– от папиного дома, а маленький – от его сердца.
Бывает зима
приходит рано
Не потому, что
скучно ей.
Она является
нежданно,
Чтобы порадовать
людей,
Вселить надежду
в души,
Смятенье, суету
изгнав,
По больше места
Для
рождественского чуда
У быстротечной
жизни отыграв.
Комментариев нет:
Отправить комментарий